Александр Чучалин: в образовательной деятельности все решают кадры

На октябрьском заседании члены Ученого совета обсудили итоги 2012/13 учебного года и задачи на нынешний учебный год. Результаты образовательной деятельности вуза с позиции старта реализации «дорожной карты» по продвижению в топ-100 лидеров мировых университетских рейтингов оценил проректор по образовательной и международной деятельности, профессор Александр Чучалин.

– Александр Иванович, если оценивать прошедший учебный год как базовый для дальнейшего движения вперед, к вершинам рейтингов, какие результаты Вы оцениваете положительно, какие направления нам надо подтянуть?

– На самом деле стартовая база была подготовлена нами не за один год, а на протяжении последних 10–15 лет. Мы с конца 90-х годов провозгласили и начали реализовывать в вузе политику интернационализации. И в сфере образования, и в науке. В то время ни министерство образования, ни государство в целом такой задачи перед высшей школой не ставили. Речь шла тогда о выживании, ведь вузы находились в условиях недофинансирования. А ТПУ такую задачу перед собой поставил. Мы начали изучать международные критерии и стандарты образовательных программ и подстраивать свои программы под них.

Стали подвергать их международной оценке, приглашать организации, аккредитующие образовательные программы по всему миру: GATE, ABET, CEAB, EUR-ACE Label и т. д. Начали заниматься совместными программами уровня Double degree – одними из первых в стране. Еще в 2001 году мы разработали и запустили такую программу с шотландским университетом Heriot-Watt в области нефтегазового инжиниринга. Это был уникальный случай, ведь никто в России тогда не занимался совместными образовательными программами по подготовке инженеров, если они и были, то в сфере менеджмента, бизнес-образования, экономики…

Словом, еще тогда мы предвосхитили то, что сейчас министерством ставится во главу угла для ведущих российских вузов. И сейчас стартуем не с нуля, а с достаточно высоких позиций. Но проблема заключается в том, что сегодня флаг интернационализации подхватили многие московские, питерские университеты, другие вузы из европейской части России. Минобрнауки это направление активно поддерживает деньгами. И сейчас эти университеты, которые находятся в более благоприятных климатических, инфраструктурных условиях, чем Томский политехнический, могут рвануть. И если мы не придадим себе еще большего ускорения в этой деятельности, нас просто обойдут. Нам надо сделать все, чтобы этого не случилось.

– На чем необходимо сосредоточить усилия?

– Надо менять менталитет преподавателей, их отношение к новым образовательным технологиям и языковой подготовке. Знание иностранного языка – проблема номер один. К сожалению, многие наши сотрудники не могут напрямую общаться со своими зарубежными коллегами. А это первейшее условие для активизации международной деятельности, развития совместных программ и проектов, мобильности, роста признания и авторитета вуза в мире.

– Сколько сегодня преподавателей ТПУ владеют хотя бы одним иностранным языком?

– Думаю, реально – процентов 15–20. Более точные сведения мы сможем получить в результате серьезного социологического исследования, которое проводит сейчас кафедра методики преподавания иностранных языков ИСПК. Преподаватели в режиме самооценки дают ответы об уровне знания иностранного языка, высказывают намерения и пожелания по совершенствованию своей языковой подготовки.

Ответили примерно 50% сотрудников. Пока это делается в добровольном порядке, но в перспективе, думаю, эта процедура станет обязательной – в рамках аттестации преподавателей. Возможно, будет изменена и процедура конкурсного отбора преподавательских кадров, когда претендент на вакантную должность должен либо владеть иностранным языком, либо взять на себя обязательства по его изучению в течение года-двух. Других вариантов нет.

Если мы хотим реализовать нашу «дорожную карту», а в ней заложены, например, такие показатели, как наличие к 2020 году 30% образовательных программ на английском языке, 25% иностранных студентов, без языкового прорыва достичь желаемого будет невозможно.

– В прошлом учебном году ТПУ продолжил заниматься модернизацией образовательных программ. Что получилось, какие здесь имеются проблемы?

– Модернизацией ООП мы активно занимаемся с 2010 года, с момента перехода на уровневую систему образования. Я считаю, что модернизационный процесс идет в нужном, правильном направлении. Мы многое накопили в этой области, освоили международный опыт, «упаковали» все это в собственный образовательный стандарт, знаем, что делать и к чему стремиться. Что мешает в этом движении? Недостаточный уровень владения преподавателями новыми образовательными технологиями. Это даже не вина наших сотрудников, а беда, ведь многие из них корнями, что называется, вросли в старые привычки и традиции. Привыкли стоять с мелом у доски и вещать студентам некий набор информации.

Сейчас требования к преподавателю совершенно иные. Он перестал быть эксклюзивным носителем знаний. Можно зайти в Интернет и там найти все, что нужно. У преподавателя сегодня другая роль. Он должен быть для студентов неким гидом, советчиком, тьютором. Знать, где находятся необходимые информационные ресурсы, обучать умению работать с ними, анализировать, компоновать в соответствии с определенными задачами.

Нынешняя генерация студентов сильно опередила преподавательский состав во владении современными информационными технологиями. У молодых людей в каждом кармане по гаджету: там айфон, тут айпэд, а некоторые наши преподаватели еще кнопки на компьютере не умеют нажимать!

Есть еще «бомба», пока не разорвавшаяся: международные электронные образовательные ресурсы в свободном доступе. Ведущие мировые университеты создают консорциумы и выкладывают в Интернете курсы по разным дисциплинам. И количество участников такой формы получения образования ежегодно растет.

Эти тренды нам нельзя не учитывать. Сегодня мы должны активнее использовать электронные ресурсы, электронные технологии в нашей образовательной деятельности. До конца года выйдем на Ученый совет ТПУ с предложением о создании в университете Института электронного обучения. Те дистанционные формы обучения, которые мы использовали в основном в работе с заочниками, предстоит модернизировать и адаптировать к образовательному процессу со студентами-очниками. Это различные онлайн-платформы, среды, где можно размещать не только тексты, но и видеолекции, организовывать интерактивные ролевые игры и т. д. Мы должны создать собственные открытые электронные ресурсы – на базе нашего опыта, наших уникальных наработок, технологий, чтобы вовлечь в образовательный процесс под маркой ТПУ более широкую аудиторию.

– Как идет работа по реализации принципов CDIO в образовательную практику ТПУ?

– На днях состоится презентация программы повышения квалификации преподавателей российских вузов в соответствии с принципами CDIO. Это наш совместный труд со «Сколтехом», который возглавляет, как известно, один из инициаторов концепции CDIO Эдвард Кроули. В 2011 году ТПУ первым из вузов России присоединился к этой инициативе, которая расшифровывается как Conceive – Design – Implement – Operate (планировать – проектировать – производить – применять) и формулирует системные подходы и требования к инженерному образованию, подразумевающие, что инженер – выпускник вуза – должен уметь придумать новый продукт или идею, осуществить конструкторские работы по ее реализации и внедрить то, что получилось, в производство. С 2012 года требования и стандарты CDIO введены в образовательный процесс в Томском политехническом университете. Например, с прошлого учебного года в учебный план всех направлений и специальностей ТПУ включен специальный курс «Введение в инженерную деятельность». Это не теория, как раньше, когда был предмет «Введение в специальность» и студентам рассказывали, чем они будут заниматься после окончания вуза. Идея спецкурса заключается в том, чтобы с самого начала обучения в университете студенты занимались практическими аспектами инженерной деятельности – пытались что-то придумать, изобрести, сконструировать. Курс будет длиться четыре семестра, из которых только первый блок – теоретический, а все последующие связаны с реализацией заданий, неких индивидуальных проектов, которые студентам должны предложить наши кафедры.

Здесь есть, кстати, элемент межкафедральной конкуренции, ведь после второго года обучения студенты выбирают образовательные профили, а профили закреплены за конкретными кафедрами. Туда, где скучно и мало творчества, студенты не пойдут. Так что у кафедр есть стимул посоревноваться за студентов.

– Раз разговор зашел о студентах… Как они учились в минувшем году, каков он сегодня, томский студент-политехник?

– К сожалению, учились студенты не так, как этого хотелось бы и как полагается учиться в одном из ведущих вузов России. Если говорить о формальной стороне дела, качественная успеваемость снизилась по сравнению с прошлым годом. Этому есть много как объективных, так и субъективных причин. Одна из основных, на мой взгляд, состоит в том, что наши студенты пока еще не готовы нести самостоятельную ответственность за результаты своего труда (а их главный труд – учеба). Год назад мы существенно либерализовали учебный процесс. Раньше студент, не сдавший все зачеты, к сессии не допускался. По большому счету, это несправедливо. Если по какому-то предмету накопились долги, почему отрезать возможность сдачи экзаменов по остальным, где задолженностей нет? Мы разрешили студентам сдавать экзамены, при условии, что задолженность будет погашена в течение следующего семестра. Что получилось. Многие экзамены сдали, каникулы отгуляли, вернулись и… про долги свои забыли. А к очередной сессии подкопились новые. А они давят на студента дополнительным грузом, снижают его успеваемость. Бывает, и вовсе дело кончается отчислением – в минувшем году из ТПУ было отчислено около 3,5 тысячи человек.

Что делать? Возвращаться к старой жесткой системе? Но это означает, что никакие мы не передовые, потому что во всем мире студентам предоставляются свободные правила игры. Думаю, надо набраться терпения и настойчиво, последовательно вырабатывать в студентах умение пользоваться академическими свободами во благо, а не во вред себе. А если молодые люди не справляются, не находят в себе силы отвечать за собственные действия, вряд ли они впоследствии станут хорошими специалистами. Мы не можем таких не отчислять, иначе обманем общество и работодателей, выпуская инженеров-недоучек.

– Какие основные задачи в образовательной деятельности нам предстоит решать в ближайшей перспективе?

– Если кратко, мы должны сделать наш университет более узнаваемым и признаваемым за рубежом, доказать всеми силами, которые сможем у себя найти, что являемся вузом, ведущим образовательную деятельность на мировом уровне.

Это означает продолжение модернизации наших образовательных программ, их насыщение современным содержанием и технологиями. Мы должны сделать до 30% программ на английском языке, чтобы стать привлекательными для абитуриентов из развивающихся стран, где этот язык является одним из основных. Индии, например. Наличие таких программ позволит им сэкономить год, который сегодня иностранные студенты тратят на обучение русскому. Мы будем продолжать развивать совместные программы с ведущими университетами мира. Словом, в области образовательной деятельности нам надо стать более современным вузом, отвечающим лучшим международным стандартам. И здесь все решают кадры, качество которых нам предстоит серьезно подтянуть. Сможем это сделать – добьемся тех высоких целей, которые ставит сегодня перед собой Томский политехнический.

news.tpu.ru